Кактус - красный, лошадь - синяя
(часть 5)
- Восемь сорок пять, - невозмутимо ответила продавщица. – Еще вопросы есть?
- Нет. – Я развернулся и вышел. Вот же непробиваемая личность! Первый раз встречаю такую личность.
«А ты попробуй обворожить!» - прервал мои размышления ехидный внутренний голос. Мне уже порядком надоело собственное раздвоение лично, так что я оставил без внимания совет своего внутреннего Я.
Поработав локтями, я распихал некоторое количество граждан и оказался в центре толпы. Вместо возмещенных реплик, типа «Куда прешь, козёл» я слышал извинения. Как будто это не я их пихал, а они меня.
Нарядная толпа спокойно обтекала меня как какой-нибудь фонарный столб и двигалась в прежнем направлении.
Я поймал за локоть какого-то парня в роговых очках и спросил, как перейти дорогу. Он махнул куда-то в сторону и крикнул что-то вроде «подземка».
За время своего бренного существования на этой бренной планете я два раза был во Львове, один раз – в Питере, два – в Таганроге и еще несколько раз выезжал на командные соревнования по легкой атлетике в соседние города. В Москву я переехал два года назад и пока больше никуда не выезжал. Ну, кроме вот этого случая… В разных городах слово «подземка» имеет разное значение. В Москве подземкой называют метрополитен, в Питере тоже, в Таганроге так называется антикафе, в моем родном Саратове – коллекторы Саратовводоканала, а еще – подземные пешеходные переходы.
Как я умудрился проглядеть подземку?
Я двигался противотоком большой толпе, старался держаться поближе к стенам домов, но меня все равно задевали. Пару раз мне наступили на ногу, я разозлился и пошел еще быстрее. Метров через сто и около того мне попался на глаза низкий парапет, каким обычно ограждают вход в подземный переход.
Чтобы пробраться к переходу, мне пришлось снова протискиваться сквозь толпу. Как у всякого нормального перехода вход был один и как обычно с самой неудобной стороны. Я обошел ограждение и приготовился увидеть ступеньки или пандус, но ничего этого не было.
На сером асфальте чётко виднелась жирная надпись:
ВСТАНЬ ЗДЕСЬ
ВЫКЛЮЧИ РАДИОФОН
ЖДИ
Никаких радиофонов у меня не было. В кармане одиноко лежал сотовый телефон с полным зарядом батареи. Мне редко кто-то звонил. Друзей в Москве у меня почти не было, из Саратова мне иногда звонил или мама, да и то по делу. В общем, я был предоставлен сам себе, жил как мог, Уголовный кодекс чтил и уважал, дорогу в неположенном месте не переходил, посуду мыл сразу после приема пищи, зубы чистил дважды в день, Мурену кормил только дорогими кормами, в незащищенные половые связи не вступал, мусор собирал раздельно.
Я встал «здесь», то есть прямо на слово и стал ждать. Секунд через пять мне в лицо дунул сильный поток воздуха. Картинку передо мной дрогнула и тут же сменилась другой. Если раньше я смотрел на большую галдящую толпу возбужденную в радостном предвкушении, то теперь я смотрел на маленький уютный скверик, открывающийся сразу за углом зеленого трёхэтажного дома.
На лавочках сидели старушки, с ветки на ветку перелетали проворные серые воробьи, детишки разгребали песок и мастерили куличики. Нормальный такой российский скверик с песочницей, каруселями и удобными лавочками. Где-то в конце белел киоск «Мороженое».
Невероятно, но я переместился из точки А в точку Б без каких-либо затрат мышечной энергии. Или нет? Я обернулся, покрутился на месте, оглядываясь и полностью убедился, что чудеся с людьми все-таки случаются.
На противоположной стороне улицы счастливые граждане огромной толпой двигались куда-то в сторону праздника. Я провожал взглядом каждый воздушный шарик, каждый свернутый транспарант, завидовал их радости и вдруг у меня защемило сердце. Мне нестерпимо сильно захотелось присоединиться к ним, влиться в поток радости, образовать единое целое с этими людьми, почувствовать счастье, которое чувствуют они.
Во сколько начинается парад на Красной площади? Около девяти утра, так? Я никогда не был на парадах и видел шествие только по телевизору. В детстве меня пару раз брали на майские демонстрации, но потом Союз распался. Мне до жути захотелось присоединиться к демонстрации, провести некоторое время рядом с красивыми жизнерадостными людьми.
Внезапно у меня образовалась вторая цель – попасть на Первомайскую демонстрацию. Первой своей цели я практически уже достиг. Мне осталось лишь пройти немного вдоль улицы, повернуть направо, найти нужный подъезд, освободить свой осенний ботинок из железного плена, по древней традиции человека, что-то вносящего или выносящего, подпереть дверь кирпичом и можно было идти на все четыре стороны.
Внезапно зазвонил мой сотовый телефон. Приятный женский голос в трубке произнес:
«Уважаемый гражданин! Ваш аппарат подключен к запрещенному каналу радиотелефонной связи. Пожалуйста, смените частоту приема или отключите устройство! С уважением, ваш сотовый оператор РуссМегателл телеком».
Я снова ничего не понял.
***
Дом, двор и подъезд я нашел без особого труда. Однако на крыльце меня ждал большой сюрприз. Он пыхтел, сопел и все сильнее краснел, пытаясь вытащить мой ботинок из-под двери. У него ничего не получалось. Оно и не мудрено! Обувь Ульяновской фабрики всегда славилась своей прочностью. У меня до сих пор хранятся ботинки с выпускного, сносу которым нет.
Я подошел к гражданину и невежливо постучал его по спине. Мне хотелось спросить, какого лешего он делает, а заодно узнать, почему на этой двери ручка есть только с одной стороны. В руке я все еще держал добытый в Гастрономе кирпич.
Застигнутый врасплох гражданин резко выпрямился, бешено сверкнул глазами и достал из кармана пистолет. Я размахнулся и двинул зажатым в руке кирпичом по кулаку нападавшего. Тот взвизгнул и выронил оружие. Я узнал автоматический пистолет Стечкина. В детстве я часто брал его из шкатулки, шел к большому бабушкиному зеркалу в спальне и представлял, что я на диком Западе. Фильмы Клинта Иствуда мне тогда нравились больше всех остальных. Стрельба, погони, ковбои, красивые леди, бесконечные прерии и огромные зеленые кактусы. Ни в одном фильме я не видел красных кактусов или синих лошадей.
- Николай Фёдорович, вы чего?
Странно было видеть потного раскрасневшегося отца Анечки с пистолетом из моего детства.
- Ах ты гадёнышь! – прошипел заслуженный профессор кафедры палеонтологии Московского университета и двинул мне в челюсть.
За тем, как профессор догадался выудить ботинок из-под двери, я наблюдал уже с земли. Он просто повторил мои действия в обратной последовательности: сначала как следует сдавил ботинок правой рукой, затем потащил его параллельно нижней дверной кромке и легко вытащил. Дверь противно скрипнула и закрылась. Щёлкнул засов.
Почему на этой стороне двери нет ручки, я понял без объяснений.
Я поднялся, обул помятый, но целый ботинок, подобрал оброненный пистолет и пошел на Первомайскую демонстрацию.
#Маша_пишет #Задверкалье #шторм #всадники_Смауга
...to be continued...
(часть 5)
- Восемь сорок пять, - невозмутимо ответила продавщица. – Еще вопросы есть?
- Нет. – Я развернулся и вышел. Вот же непробиваемая личность! Первый раз встречаю такую личность.
«А ты попробуй обворожить!» - прервал мои размышления ехидный внутренний голос. Мне уже порядком надоело собственное раздвоение лично, так что я оставил без внимания совет своего внутреннего Я.
Поработав локтями, я распихал некоторое количество граждан и оказался в центре толпы. Вместо возмещенных реплик, типа «Куда прешь, козёл» я слышал извинения. Как будто это не я их пихал, а они меня.
Нарядная толпа спокойно обтекала меня как какой-нибудь фонарный столб и двигалась в прежнем направлении.
Я поймал за локоть какого-то парня в роговых очках и спросил, как перейти дорогу. Он махнул куда-то в сторону и крикнул что-то вроде «подземка».
За время своего бренного существования на этой бренной планете я два раза был во Львове, один раз – в Питере, два – в Таганроге и еще несколько раз выезжал на командные соревнования по легкой атлетике в соседние города. В Москву я переехал два года назад и пока больше никуда не выезжал. Ну, кроме вот этого случая… В разных городах слово «подземка» имеет разное значение. В Москве подземкой называют метрополитен, в Питере тоже, в Таганроге так называется антикафе, в моем родном Саратове – коллекторы Саратовводоканала, а еще – подземные пешеходные переходы.
Как я умудрился проглядеть подземку?
Я двигался противотоком большой толпе, старался держаться поближе к стенам домов, но меня все равно задевали. Пару раз мне наступили на ногу, я разозлился и пошел еще быстрее. Метров через сто и около того мне попался на глаза низкий парапет, каким обычно ограждают вход в подземный переход.
Чтобы пробраться к переходу, мне пришлось снова протискиваться сквозь толпу. Как у всякого нормального перехода вход был один и как обычно с самой неудобной стороны. Я обошел ограждение и приготовился увидеть ступеньки или пандус, но ничего этого не было.
На сером асфальте чётко виднелась жирная надпись:
ВСТАНЬ ЗДЕСЬ
ВЫКЛЮЧИ РАДИОФОН
ЖДИ
Никаких радиофонов у меня не было. В кармане одиноко лежал сотовый телефон с полным зарядом батареи. Мне редко кто-то звонил. Друзей в Москве у меня почти не было, из Саратова мне иногда звонил или мама, да и то по делу. В общем, я был предоставлен сам себе, жил как мог, Уголовный кодекс чтил и уважал, дорогу в неположенном месте не переходил, посуду мыл сразу после приема пищи, зубы чистил дважды в день, Мурену кормил только дорогими кормами, в незащищенные половые связи не вступал, мусор собирал раздельно.
Я встал «здесь», то есть прямо на слово и стал ждать. Секунд через пять мне в лицо дунул сильный поток воздуха. Картинку передо мной дрогнула и тут же сменилась другой. Если раньше я смотрел на большую галдящую толпу возбужденную в радостном предвкушении, то теперь я смотрел на маленький уютный скверик, открывающийся сразу за углом зеленого трёхэтажного дома.
На лавочках сидели старушки, с ветки на ветку перелетали проворные серые воробьи, детишки разгребали песок и мастерили куличики. Нормальный такой российский скверик с песочницей, каруселями и удобными лавочками. Где-то в конце белел киоск «Мороженое».
Невероятно, но я переместился из точки А в точку Б без каких-либо затрат мышечной энергии. Или нет? Я обернулся, покрутился на месте, оглядываясь и полностью убедился, что чудеся с людьми все-таки случаются.
На противоположной стороне улицы счастливые граждане огромной толпой двигались куда-то в сторону праздника. Я провожал взглядом каждый воздушный шарик, каждый свернутый транспарант, завидовал их радости и вдруг у меня защемило сердце. Мне нестерпимо сильно захотелось присоединиться к ним, влиться в поток радости, образовать единое целое с этими людьми, почувствовать счастье, которое чувствуют они.
Во сколько начинается парад на Красной площади? Около девяти утра, так? Я никогда не был на парадах и видел шествие только по телевизору. В детстве меня пару раз брали на майские демонстрации, но потом Союз распался. Мне до жути захотелось присоединиться к демонстрации, провести некоторое время рядом с красивыми жизнерадостными людьми.
Внезапно у меня образовалась вторая цель – попасть на Первомайскую демонстрацию. Первой своей цели я практически уже достиг. Мне осталось лишь пройти немного вдоль улицы, повернуть направо, найти нужный подъезд, освободить свой осенний ботинок из железного плена, по древней традиции человека, что-то вносящего или выносящего, подпереть дверь кирпичом и можно было идти на все четыре стороны.
Внезапно зазвонил мой сотовый телефон. Приятный женский голос в трубке произнес:
«Уважаемый гражданин! Ваш аппарат подключен к запрещенному каналу радиотелефонной связи. Пожалуйста, смените частоту приема или отключите устройство! С уважением, ваш сотовый оператор РуссМегателл телеком».
Я снова ничего не понял.
***
Дом, двор и подъезд я нашел без особого труда. Однако на крыльце меня ждал большой сюрприз. Он пыхтел, сопел и все сильнее краснел, пытаясь вытащить мой ботинок из-под двери. У него ничего не получалось. Оно и не мудрено! Обувь Ульяновской фабрики всегда славилась своей прочностью. У меня до сих пор хранятся ботинки с выпускного, сносу которым нет.
Я подошел к гражданину и невежливо постучал его по спине. Мне хотелось спросить, какого лешего он делает, а заодно узнать, почему на этой двери ручка есть только с одной стороны. В руке я все еще держал добытый в Гастрономе кирпич.
Застигнутый врасплох гражданин резко выпрямился, бешено сверкнул глазами и достал из кармана пистолет. Я размахнулся и двинул зажатым в руке кирпичом по кулаку нападавшего. Тот взвизгнул и выронил оружие. Я узнал автоматический пистолет Стечкина. В детстве я часто брал его из шкатулки, шел к большому бабушкиному зеркалу в спальне и представлял, что я на диком Западе. Фильмы Клинта Иствуда мне тогда нравились больше всех остальных. Стрельба, погони, ковбои, красивые леди, бесконечные прерии и огромные зеленые кактусы. Ни в одном фильме я не видел красных кактусов или синих лошадей.
- Николай Фёдорович, вы чего?
Странно было видеть потного раскрасневшегося отца Анечки с пистолетом из моего детства.
- Ах ты гадёнышь! – прошипел заслуженный профессор кафедры палеонтологии Московского университета и двинул мне в челюсть.
За тем, как профессор догадался выудить ботинок из-под двери, я наблюдал уже с земли. Он просто повторил мои действия в обратной последовательности: сначала как следует сдавил ботинок правой рукой, затем потащил его параллельно нижней дверной кромке и легко вытащил. Дверь противно скрипнула и закрылась. Щёлкнул засов.
Почему на этой стороне двери нет ручки, я понял без объяснений.
Я поднялся, обул помятый, но целый ботинок, подобрал оброненный пистолет и пошел на Первомайскую демонстрацию.
#Маша_пишет #Задверкалье #шторм #всадники_Смауга
...to be continued...